«Символы региона — 2025» |
Департамент образования и науки Тюменской области
Областной конкурс социальных проектов «Символы региона»
6.4. «Кто-нибудь потом вглядится в наши судьбы, в наши лица…» (эссе)
Выполнил:Филимонов Артем, ученик МАОУ СОШ №5 г. Ишима,5 класс, тел. 89199491896
Руководитель: Едапина Ирина Викторовна, учитель русского языка и литературы МАОУ СОШ №5 г. Ишима
тел.89829260068 irinaedapina@yandex.ru
Ишим-2025
Я люблю рассматривать старые фотографии, которые хранятся в нашем семейном альбоме, вглядываться в лица людей, изучать попавшие в кадр детали быта, одежды, предметы тех времен. Среди старых фотографий встречаются особенные. Эти фотографии уже желтые, края неровные, люди на них чем-то отличаются от нас. Эти снимки являются семейной реликвией и напоминают нам о прошлом, наших родных, дедах и прадедах. Однажды, рассматривая фотографии вместе со своей бабушкой Таней, я обратил внимание на снимок, старый , пожелтевший. На нем был изображен человек, чуть за 30, в военной форме, в фуражке со звездой. Вытянутое лицо ,уверенный, целеустремленный взгляд. Эта фотография заинтересовала меня, заставила задуматься. Кто этот человек?
По словам моей бабушки Тани, на этой фотографии — мой прапрадедушка, Константин Трофимович Загнеев, который родился в 1910 году в Ишиме. В декабре 1939 года пришел вызов из военкомата,он был отправлен на сборы в Омск, а оттуда на финский фронт, в боевое подразделение 164 стрелковой дивизии.
Уходя на фронт, попрощался прадед со своей любимой женой Татьяной, детьми, сыном Виталием и дочерью Валей. Его прощальные слова были полны любви и оптимизма: «Ждите меня, дорогие! Я скоро вернусь» .Нежно обнял и поцеловал жену, подержал на руках сначала Витю, затем Валю, надел шинель, закинул за плечо вещмешок и быстро вышел за порог.
Потянулись дни ожидания известий. Вскоре кто-то сообщил, что эшелон с красноармейцами — новобранцами выйдет из Омска и пройдет через Ишим. Время прохождения неизвестно. Узнав об этом, моя пра прабабушка решила не упустить возможность еще разок увидеться с любимым, с трудом с детьми добралась до вокзала. Расположившись на лавке, стали ждать поезда. Очень хотелось встретиться, чтобы еще раз взглянуть на родного человека, помахать вслед рукой. Медленно тянулись часы ожидания, а эшелоны все шли и шли, даже не сбавляя на станции хода. Дети вставали с лавки, подбегали к дверям выхода на перрон, возвращались и, заглядывая в глаза маме, спрашивали: «Ну, когда?». Этих двух слов было достаточно. «Скоро, скоро!» — отвечала она, понимая, что эти ожидания не могут быть бесконечными. Наконец, когда стало понятно, что эшелон прошел, стали собираться домой. Потянулись дни ожидания. Прапрабабушка Татьяна Васильевна крепилась, больше молчала и только часто выходила на улицу в ожидании почтальона. Наконец письмо пришло. Отправлено оно было из Вагая. Там эшелон стоял несколько часов. Константин Трофимович сумел написать и отправить письмо. Писал, что грустит, скучает, что очень страшно хотелось увидеться … Последние строчки письма были практически нечитаемыми: они были все залиты слезами. С трудом Татьяна Васильевна прочитала: «Таня! Береги детей». С фронта письма приходили часто, казалось, эти «треугольнички» он писал в любую свободную минуту между боями: «Воевать трудно. Местность лесистая, много снега. Научился ходить на лыжах. Одеты тепло, в полушубки. Ишимских ребят много, отношения хорошие. Вызывают тревогу хорошо обученные снайперы со стороны противника. Они располагаются на деревьях, их прозвали «Кукушками». Стреляют метко, неожиданно. Но советские солдаты по-прежнему полны желания победить. Есть жертвы. Война есть война. Это борьба, страдания, жестокость, смерть». И эта смерть настигла сержанта Загнеева Константина Трофимовича… В марте 1940 г. пришла похоронка, в которой говорилось, что мой прапрадедушка Константин Трофимович героически погиб 13 марта 1940 года. В ней сообщалось место захоронения – братская могила Безымянной рощи местечка Натяоляя.
Овдовевшая Татьяна Васильевна не могла смириться с гибелью мужа. Двое детей заставляли ее жить.
Только в 1945 году, по окончании Великой Отечественной войны, узнала семья подробности гибели мужа и отца. И поведал это однополчанин Загнеева по финской войне Иван Тюрин. Он был очевидцем его смерти. 12 марта 1940 года прекратились военные действия на советско — финском фронте. Готовилось подписание договора. Об этом знали обе стороны. 13 марта солдаты находились в окопе. Ждали известия о договоре и команды о возвращении домой. Беседовали, смеялись, вспоминали дом, каждый говорил о своем, ежились от усталости. Участвовал в разговорах и сержант Загнеев. Его все знали, относились уважали. Он был высоким широкоплечим парнем, много шутил, в боях вел себя смело. На лыжах стоял крепко, метко стрелял. Вдруг он стал во весь рост, подпрыгнул, вылез из окопа и выпрямился. Ребята зашевелились, задвигались по окопу, им тоже хотелось туда, на землю, чтобы ощутить тепло мартовского солнца. Внезапно тишину нарушил выстрел. Константин упал, как подкошенный. Это снайпер — «кукушка» поджидал свою жертву и сделал свой последний выстрел. Может, это была провокация. Красноармейцы не поддались на нее, а разбежались по лесу в поисках убийцы. Обнаружить его не удалось. В 13 часов пришел командир и доложил, что мирный договор подписан, война окончена. Два часа не дожил до этой радостной минуты мой прапрадед Загнеев Константин Трофимович, потомок донского казака, девизом которого были слова: » …жить по чести и совести, служить Отечеству».
Сын погибшего, мой прадедушка, Загнеев Виталий Константинович, нашел — таки могилу отца. Первый раз поехал с женой. Это была своего рода разведка. В Выборге выдали документы — разрешение для поездки на приграничную с Финляндией территорию, раньше это местечко называлось Натяоляя, теперь — поселок Овсово. Там есть братская могила с обелиском, расположенным на краю леса. Ухоженная могила. Жители села тепло встретили сибиряков, напоили, накормили, просили не беспокоиться за могилу.
Второй раз прадедушка повез свою маму, прапрабабушку Татьяну Васильевну и младшую дочь Наталью. Тот же путь: Ишим — Москва — Выборг — Овсово. Это был далекий 1971 год. Татьяна Васильевна попросила на время оставить ее одну у могилы. О чем говорила она своему любимому осталось с ней. Несказанно была она благодарна сыну за эту поездку. А было ей в то время 67 лет. Ждала она этой встречи 31 год, сохранила верность своему единственному, неповторимому мужу и отцу своих детей.
Мой прапрадедушка прожил недолгую жизнь, жил по совести, любил родных, уважал людей. Я видел его только на фотографии, о его судьбе узнал из рассказа бабы Тани. Я горжусь им, хочу походить на него, хочу быть достойным продолжателем рода .Пройдут годы, и, может быть, мои внуки и правнуки будут рассматривать мою фотографию и слушать историю моей жизни.
